Вместо предисловия: это моя крайняя на сегодняшний день вещь. Она вызвала много споров, много вопросов. Пожалуй, больше откликов в своё время вызвал только мой "СТРАХ". Так что я оговорюсь сразу: всё рассказанное здесь - правда. Принимать её или нет - дело индивидуальное. Но я, почему-то, решил начать с неё.

* * *

     По возвращавшимся с задания «вертушкам» духи открыли огонь - одна рухнула в горах, а вторая почти дотянула до базы, не хватило двух километров. Летуны со второй вертушки показали приблизительный район, где упала первая вертушка и нас высадили на поиск.
Через шесть часов мы нашли «вертушку» и двух летунов - их мёртвые тела были искромсаны с лютой злобой. Третьего летуна нигде не было.
     Следовательно, поиск продолжается.
* * *

    Мы вышли к небольшому кишлаку. Он словно бы вымер - на улице ни души, за высокими дувалами - ни звука. Рассредоточившись по три человека, начали прочёсывание.
Продвигаясь по узкой, пыльной улице, мы услышали впереди негромкий собачий вой. Остановившись, мы прислушались. Димка молча показал вперёд и мы снова двинулись. Перед нами открылась небольшая площадь, и в центре её лежал окровавленный человек. Димка с Серёгой остановились, поводя автоматами по сторонам, а я медленно пошёл вперёд, осматривая землю в поисках мин и ожидая очереди из-за дувала. 
- Ааааааа... аааааа, - сипло кричал лежащий в пыли человек. Этот-то крик мы и приняли за вой.  

    Подойдя, я содрогнулся - кровавая плоть, покрытая пылью.
    С него с живого сняли кожу. Налитые кровью глаза, лишённые век, смотрели с того, что когда-то было лицом, куда-то мимо меня, в вечность. Надеюсь, что он был без сознания.
    Подбежали Димка и Серёга.
- Эт-то-о... - Серёга позеленел и начал заваливаться. Я схватил его одной рукой за грудки, а второй несколько раз хлестнул по щекам. Серёга посмотрел на меня мутными глазами, отвернулся и упал на колени. Его вырвало желчью.
    Димка тронул меня за рукав.
- Стреляй!..
    Я знал, что это единственное правильное решение, но не мог заставить повиноваться налившиеся вдруг свинцом руки. Димка дёрнул своим автоматом - та-тах! - и вой умолк.
    Отворилась дверь в дувале и на дорогу вышел седобородый старик. Опёршись на посох, он стоял и смотрел на нас.
- Что, радуешься, сука? - Димка вскинул автомат.
- Нет! - я ударил по автомату, отводя ствол в сторону - очередь прошла по дувалу. Я схватил Димку за плечо.
- Димка, успокойся!
- Да они все тут гады, их всех давить надо! - стряхнул он мою руку. Я схватился за его автомат, но Димка вырвал его и ударил меня автоматом в лицо. В глазах вспыхнуло и я грохнулся на землю. Димка снова вскинул автомат, но я подсечкой сбил его с ног и очередь опять прошла мимо старика.    

    Я вскочил на ноги:
- Да уходи же ты, дед!
    Но дед так и стоял, глядя на нас.
    Я  резко обернулся к Димке. На меня смотрел чёрный зрачок автомата, а выше - полные ненависти Димкины глаза.
    А мной вдруг овладело равнодушие, я понял что мне всё равно - выстрелит Димка в меня или нет.
    Чёрт, как же я устал от этой войны; от этого постоянного ожидания смерти; от того что меня всю жизнь все ненавидят только за то, что я просто хочу остаться человеком...
- Ну что ж, стреляй, друг! - я разжал руку и мой автомат упал в пыль. Ненависть в Димкиных глазах сменилась растерянностью, а растерянность начала вытесняться страхом. Ствол автомата опустился.
- Куч...
    Я поднял свой калаш, развернулся и пошёл в никуда. Навстречу бежали наши ребята, но я не хотел ни с кем разговаривать, а вот так идти, идти - пока не кончится эта действительность, больше похожая на ад, где одни люди убивают других для того, чтобы выжить, медленно превращаясь в зверей - а стоит ли жизнь этой цены?
    Я не знаю