…ПОРТРЕТ ЖЕНЫ ХУДОЖНИКА…

…30 сентября классику российского концептуализма Илье Кабакову исполнится 75 лет. Художник отметит юбилей грандиозной ретроспективной выставкой, которая откроется одновременно на трех площадках — в ГМИИ им. Пушкина, на «Винзаводе» и в Центре современной культуры «Гараж». В 1988 году Кабаков эмигрировал в США. Там начался новый период его творчества — в соавторстве с супругой Эмилией…

…   — Я такое говорила? Не помню. Выставку «Случай в музее» и другие инсталляции организовал Эрмитаж совместно с Фондом Гуггенхайма при поддержке московской Stella Art Gallery. Все прошло замечательно. Мы решили, что можно сделать ретроспективу в Москве, но только в сотрудничестве с государственными организациями. В данном случае нас пригласили Государственный музей изобразительных искусств им. Пушкина, Министерство культуры и Московская биеннале…

…   — Вы сказали, что готовы сотрудничать только с государством, но Центр «Гараж» позиционируется в прессе как галерея Даши Жуковой, невесты Абрамовича…

…Два года назад община предложила нам поучаствовать в создании «Музея толерантности». Поскольку у нас есть проект «Корабль толерантности», мы согласились. Когда попали в это здание, пришли в восторг от феноменального пространства Мельникова. Сразу родилась идея перекинуть мост между прошлым и современностью. У нашего проекта было много спонсоров, в том числе и «Газпром», и Михаил Прохоров. А потом появилась Даша Жукова, которая сняла это место для Центра современной культуры. Она независимая фигура. Даша вкладывает сюда не только деньги Абрамовича, но и свои собственные, от другого бизнеса. Мы построили фиктивный альтернативный музей, который весь — фантазия художника…

…   — Спонсор и есть меценат, а в России это слово как-то неправильно понимают. Когда мы приехали сюда первый раз и заговорили о спонсорстве, нам сказали: «Мы согласны быть вашими спонсорами, но ничего не даем даром. Вы нам — картины, а мы вам — деньги». Но какое же это спонсорство? Зачем же вы мне нужны, я сама продам картины и положу себе в карман свои деньги…

…   — Илья Иосифович — художник востребованный и очень дорогой. Вы можете себе позволить организовывать выставки на свои деньги?..

…— А творчество молодых талантливых художников не спонсируете?..

…   — Тоже нет, и тоже из принципа. В спонсорство анонимных проектов неизвестных художников я не верю. Иногда мы помогаем ребятам, которые — художники по-настоящему, осуществить какой-то конкретный проект…

…— Что собой представляет «Альтернативная история искусств» в идеальном музее, созданном вами?..

…   — В инсталляции представлены живописные полотна трех фиктивных художников, придуманных Ильей Кабаковым: Первый — ученик Малевича — Шарль Розенталь, создатель первой в мире инсталляции. Второй — его последователь, никогда не видевший своего учителя, — «Кабаков» 1970-х годов. И третий — молодой «постперестроечный» украинский художник Игорь Спивак. Суть концепции в осмыслении пути, по которому развивалось русское искусство после революции. Что могло быть, если бы оно не пошло путем Малевича и Кандинского?..

… — В чем заключается ваш вклад в творчество Ильи Кабакова?..

…   — Я не отвечаю на этот вопрос. Мы просто работаем вместе, но я не художник и никогда им не являлась…

…Я всегда говорю то, что думаю. Полгода я побыла в Израиле и уехала в Америку, где испытала на себе полностью все проблемы эмиграции. В Америке жили родственники моего отца, которые уехали в 1964 году. Они меня очень хорошо приняли, но все равно было тяжело. По образованию я музыкант, первое время давала частные уроки игры на фортепиано, пока не открыла свою компанию «Антик». Работала в аукционных домах как специалист по Фаберже. А потом мне кто-то посоветовал заняться современным искусством. Вокруг меня было много художников, на первых порах они мне помогали, образовывали. В качестве эксперта по русскому искусству я работала со многими американскими галереями и частными коллекционерами…

…   — История была. Но личное потому и является личным, что принадлежит только вам. Могу сказать лишь, что мы — хорошая пара. Когда я все бросила и ушла с Ильей, многие художники обиделись, а кто-то сказал: «Они друг друга заслужили»…

…   — В США андеграундный Кабаков вышел из подполья и попал в мейнстрим. Это как-то повлияло на его творчество?..

…   — Андеграунд возник в России не по политическим причинам, просто отсутствовали выставочные залы, готовые выставлять концептуалистов, не было коллекционеров. Художники-концептуалисты 1970-х годов не были политическими художниками, что бы сейчас ни говорили. Мейнстрим — это просто возможность выставляться. Многие художники, эмигрировавшие на Запад, получили эту возможность. Но не все сумели дотянуть до международного уровня…

…   — В одни годы было огромное количество выставок, в другие — меньше. В один год было совсем плохо. Я пришла к одному галерейщику и говорю ему: «Как же так? Ничего не продается! На то, что мы зарабатываем, мы не выживем!» На что он мне ответил: «Ты же знаешь, как работают галереи. Они собирают полотна художника, а когда он умирает, начинают их продавать по высоким ценам». Я очень разозлилась и сказала: «Это же настоящее кладбище художников, но я тебе докажу, что все будет работать при жизни». Так и получилось…

…   — Нет, меня сравнивали с Йоко Оно. «Все было так хорошо, пока она не пришла и не разрушила нашу идиллию», — сетовали кураторы Ильи, потому что я забрала его из их галерей. Когда он приехал в США, его картины стоили $15 тыс., через несколько лет я подняла цены, арт-дилеры все на меня орали: «Грядет депрессия!» А дело не в депрессии, а в том, как художник работает и что он делает. Если он интересен, цены закономерно поднимаются. Это я сейчас говорю про живопись. Инсталляции — это совсем другая история, мы никогда их не продавали в частные руки, только музеям…

… — А такой вид искусства, как инсталляция или перформанс, может остаться в веках?..

…   — Могут остаться последствия перформанса. Если эти объекты держат энергетику, они попадут в историю. Инсталляцию трудно сохранить, для этого надо создать внутри нее атмосферу, которая будет работать и через 30 лет…

…Если я хочу потратить миллион на шубу, я могу это сделать. Он скажет: «Шубу купила, как хорошо». И никогда не спросит, сколько стоит. Когда мы купили в Нью-Йорке дом, я его весь перестроила. Я сразу сказала, что дом— это не инсталляция, поэтому планирую его я. Илья вмешался единственный раз, когда строили его мастерскую. Все остальное его мало интересовало…

…   — В Америке общаетесь с русскими художниками? …

…   — Мы редко отдыхаем. Когда выпадает свободная минута, ходим на концерты, спектакли…

…   — Нет. Правда, был у нас один замечательный эпизод. Мы участвовали в биеннале в Турции, которую спонсировал местный миллионер. Он спросил у кураторов, кто тут главный, ему ответили — Кабаков. Он прислал нам письмо, где говорилось, что, если мы приедем в Турцию, он готов оплатить наши каникулы. Почему бы и не поехать?..