Ночи стали заметно прохладней, солнце – сдержанней и осторожней, я увидел - смешно и нескладно танцевала на рельсах ворона.

Сколько лета осталось? Дней восемь? Осень тихо на пальцах считает, календарь на мгновенье попросит, но увлёкшись, до дыр залистает.

А ворона заметно старалась и усердно топталась на рельсе, жаль тебя, что так зрителей мало, и уже не придут, не надейся.

Выступление было коротким, рампа - так себе, зрителей – двое, и ещё приближался сиротский, нелюбовью потрёпанный поезд.

Кóды мы не дождались, ворона, вдруг утратив кураж и харизму, по дрожанию рельс догадалась, что не время сейчас маньеризму.

И поспешно, и не извинившись, и восторг оскорбив невниманием, улетела, едва не разбившись о холодный лёд непонимания.

Облегчаю восприятие:

Ночи стали заметно прохладней,
Солнце – сдержанней и осторожней,
Я увидел - смешно и нескладно
Танцевала на рельсах ворона.

Сколько лета осталось? Дней восемь?
Осень тихо на пальцах считает,
Календарь на мгновенье попросит,
Но увлёкшись, до дыр залистает.

А ворона заметно старалась

И усердно топталась на рельсе,
Жаль тебя, что так зрителей мало,
И уже не придут, не надейся.

Выступление было коротким,
Рампа - так себе, зрителей – двое,
И ещё приближался сиротский,
Нелюбовью потрёпанный поезд.

Кóды мы не дождались,

Ворона, вдруг утратив кураж и харизму,
По дрожанию рельс догадалась,
Что не время сейчас маньеризму.

И поспешно, и не извинившись,

И восторг оскорбив невниманием,
Улетела, едва не разбившись
О холодный лёд непонимания.

© TEODDOR