Мужик в белом был дряхл и грузен, а крылья казались коротковатыми. Лицо его лучилось чем-то далеким и позабытым. Назвал бы это мягким светом этой... Как же её?... Ах, да... Доброты. Последние полгода лиц такого плана видеть не доводилось. Да и откуда тут Доброте взяться?... А он, по всей видимости - из местных. Хотя и не "прищуренный", и с бритьём проблем не наблюдалось. Розовощекий такой. Значит, с довольствием - всё в порядке.
- А зачем мне довольствие? - откликнулся томный бас где-то в месте предполагаемого нахождения моей головы. - Вы подумайте, прежде чем делать соответствующие выводы. Cмотрите и думайте... А мы подождем...
Но c "подождем" передумал. Еще немного повисел, потом тяжело замолотил крыльями, пытаясь набрать высоту. Мероприятие сие выглядело довольно-таки кургузо. Неважнецки, словом. Даже обнаружилось некое сожаление по поводу его летных тактико-технических характеристик.
"И всё-таки! Вот и верь теперь в научный атеизм. ЛЕ-ТА-ЮТ!" - подумалось под звучный треск рассыпающихся, закостенелых стереотипов. Даже обрадовало. Хотя, с радостью, как таковой, оказалась некоторая напряженка. С минуту назад перспективы выглядели совсем иначе. Жутко хотелось жрать-спать, а еще предстояло шагать километров восемь, но никто никуда не торопился. Спешить - неразумно тратить силы. Потому, размеренно-экономично топали, чавкая и хлюпая вязкой трясиной рисового поля. До ближайших деревьев оставалось метров семьдесят. Навалились сумерки. Жаркая белизна неба перестала однообразно слепить и наполнилась нежными красками ожидания тьмы - чем-то живым, находящим слабый отклик в душе. Даже мир чуточку преобразился и стал ближе.
Я всегда любил закат. В нём прятались мгновения покоя и толика примирения с бытием - крупицы оставленного где-то позади, в потемках жизни. Потом воспоминания нездоровые полезли. Отвлекся всего-то на секунду. Вот в таком - слегка покойном - состоянии и не разглядел слабый, оранжевый высверк под деревьями. Реагировать оказалось поздновато. Звук выстрела долетел уже после. Вначале, тюкнуло в середину груди, прошило огнем. Но боль не приходила, и всё обернулось внезапным параличом безмолвия.
Пришлось рухнуть - кулем - в эту теплую грязь, посреди зеленых и сочных, только что тихо шелестевших под ногами стебельков риса, так и не дождавшись Страха. Его Величество, попросту, где-то заплутал и не успел.
Сказать по правде, именно таким образом и хотелось помереть. "Если финиш - то мгновенный!" Простите, товарищ Прокофьев, за глумление над вашим творением...А вообще, не наплевать ли вам?... Да-да, всё уже в прошлом.
Удивляло лишь то, что мысль еще теплилась. Мелодичная и фривольная, вне оков комплекса боевой готовности, она заиграла в необъятной шири предзакатного неба - неге отдохновения в переливчатом, нежном свете. Казалось, что мир принял в своё лоно, стал одушевленным, открытым и понятным. Затем снизошло ощущение гармонии, целостности и единения. Но с чем и в чём?... Я так и не понял.
Чуть позже, откуда-то сверху прилетел "этот". А улетев, оставил наедине с самим собой и с его "смотрите и думайте". А куда смотреть-то?
Ну, во-первых, любоваться было особенно не на что. Взгляд уткнулся в подступившие, небесные сумерки. Странным показалось то, что я не видел рисовых стебельков. Рис на поле доходил до колена. Я лежал навзничь, лицом к небу, и как не крути, а стебелькам долженствовало находиться в поле зрения. Но их там не было. Вообще, ничего не было. Лишь небо, единение с которым уже остохренело, вместе с гармонией.
А во-вторых, чуть позже я понял, что небесные краски не изменяются, будто замерев во времени. Мысль жила, но не находила ответа в бесконечности синевы и кажущейся жизни. Разве можно это назвать жизнью? Она же полна движения. А здесь - абсолютная обездвиженность. Сзади - огромная свалка прошлого, а впереди открыт бездонный провал в будущее. Есть лишь миг настоящего.
"Лишь миг настоящего... Но прошлого уже нет. Я же ничего не помню... А будущего, просто, не будет. Кто-то лишил меня будущего... Миг настоящего. Без прошлого и без будущего. Это и есть Смерть? Но почему жива мысль? Эй, мужик! Почему мысль-то жива?! Угробьте её! Нахрена она мне?! Грохнете её, уроды!!!"
"Белый" слышал, но не обращал внимания. Очередь абитуриентов огромна, а он здесь один-одинешенек и за мандатную комиссию, и за экзаменаторов. Хоть бы возраст преклонный уважали. Почему-то в Аду все и всегда орут по началу. "Ничего, успокоится. Ему жить вечно".
Комментарии
красивенько)))))
описания очень яркие)) понравилось))
Пасиб, пасиб,
Пасиб, пасиб, Самая Самая Очаровательная! Лет с тридцать пять назад еще б туда зверский секс с "прищуренными" подругами бы присовокупил - в первую часть. Но теперь, чё-то, стеснение берет. Не гоже :-)
И там такие "вьетнамские розы" ходили тогда - это просто ужааааассссс. А вот был во Вьетнаме два года назад и уже совсем другая страна. Как война уходит, так и среда нормальной становится. Раньше, представляешь, посольских заставляли каждую неделю анализы сдавать. Теперь - куда как реже :-)
да ну откудо скромнасть беретсо?))
а чо б и не про секс с прищуренными?)) не дети жы))))
а анализы чиво сдавать нада было, стисняюсь спросить))))
Вроде, глисты
Вроде, глисты тогда одолели. В подробности не вдавался. Скромность - дело наживное :-))
Этюд в багровых тонах
.
Который раз удивляюсь-ну у тебя и полет! Понравилось очень. Особенно окончание.
И ни кому и дела нет.
Чем-то навеяло?
Форэст, пасиб!
Форэст, пасиб! Эт снова конкурс какой-то на СИ. Но даже не выкладывал - не успел, что ли? Уж не помню.
Сумбурно
Сумбурно как-то)) В смысле, я по традиции ничего не понял
То есть почти все понял, кроме
>> ива мысль? Эй, мужик! Почему мысль-то жива?! Угробьте её! Нахрена она мне?! Грохнете её, уроды!!!"
"Белый" слышал, но не обращал внимания. Очередь абитуриентов огромна, а он здесь один-одинешенек и за мандатную комиссию, и за экзаменаторов. Хоть бы возраст преклонный уважали.
Вот это не понял ваще )))
"Не понял..."
Как раз байка под "не понял". У меня память, прямо-таки, выносит на поверхность наносы свои похороненные :-) Не свидетель, но рассказывали. На переходе из Владивостока в Севастополь на одном здоровенном БПК у одного из мичманов БЧ-5 ускакала голова. Он не буйный получился, но странный шибко и с проблесками здравого ума на пол дня, а то и на день. Даже изолировать его не стали, а просто от службы отстранили и приставили к нему матросика контролировать, когда в каюте нет никого из соседей. По приходу в Севу на берегу уже встречает медицина с транспортом. Экипаж еще на берег не сходит: кто со швартовкой мается, кто перья чистит. Ну, доктору сказали, что, мол, ждут уже на берегу. Он в каюту к "пациенту", собрал его быстренько и сам его вещи понес. А пациент, наверное, почуял, в чем дело и голова просветлела. Док первым по трапу на бережок с чемоданом, а "осветленный" сзади. Медики подходят, но разобрать не могут, кто есть кто. А "просветленный" и говорит:
- Здравствуйте, товарищи. Вот забирайте с вещами. Документы у него в кармане.
Док еще даже слова вымолвить не успел, только сказал: "Не понял". Ну, его под белы руки и в РАФик.
Он давай орать сопротивляться, а поздно уже :-))))
ыыыыыыыыы))))))))))
ыыыыыыыыы))))))))))
красава!
Только смысл акции в чем? Все равно же забрали потом. Или просто из вредности?
Резонировалов
Резонировалов голове и вспомнилось - смешным показалось. Может, тот "осветленный" затемнился и вплавь в Турцию бросился. Концовка истории неизвестна.